Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин

Вопросы литературы, № 6, 2014

Изучая кимрский текст,
или О том, какие открытия могут произойти при текстуализации пространства1

Во время работы над монографией «Кимры в тексте» я столкнулся с несколькими необычными эпизодами или не описанными ранее, или (как в случае с визитами Фадеева в Кимрах) недостаточно заметными.

Два храма (Ахмадулина и Фадеев)

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и БахтинУдивительным образом два кимрских храма — Покровский и Преображенский — оказались связаны с, казалось бы, абсолютно разными людьми — А.А. Фадеевым и Б.А. Ахмадулиной. Будущий «писательский министр» родился в Кимрах 24 декабря (по новому стилю) 1901 года. Спустя несколько лет семья Фадеевых, во главе которой стоял профессиональный революционер (а содержала — мать, работавшая в больничном корпусе неподалёку), сорвалась с насиженного места. И когда в июне 1941 года Фадеев с матерью вернулись на малую родину Александра, дома, в котором он родился, найти не удалось. Дело в том, что через несколько лет после отъезда семейства, здание, а вместе с ним и несколько окрестных домов, были снесены — на их месте вырос Преображенский собор. Туда, к образу Иверской Божией Матери, Ахмадулина не раз — в письмах и разговорах — просила ставить свечи2.

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин
Преображенский собор, построенный в 1911 г. На его места стоял дом, в котором родился А.А. Фадеев. Кимры, 2011 г.

Что касается второго храма — Преображенского собора — то в нём 26 декабря (по новому стилю) маленький Саша был крещён.

Как свидетельствует метрическая книга Покровского собора, хранящаяся в Кимрском краеведческом музее: «Родился: 11 декабря 1901 года. Крещён: 13 декабря 1901 года. Имя при рождении: Александр. Родители: Пермской губернии, Ирбитского уезда, Покровской волости, села Покровское крестьянин Александр Иванов Фадеев и законная жена его Антонина Владимировна, оба православного вероисповедания. Восприемники: вдова Титулярного Советника Ольга Ивановна Кунц, кимрской земской больницы фельдшер Фёдор Степанов. Таинство крещения совершал: священник Александр Молчанов с причтом»3.

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин
Покровский собор в Кимрах. Дореволюционная почтовая открытка. Взорван в 1936 г.

Эпизод трагической истории — в 1936 году Покровский собор был взорван. Б.А. Ахмадулина в «Глубоком обмороке» вспоминает об этом событии:

Безгрешный град был обречён грехам
нашествия, что разорит святыни.
Урод и хам взорвёт Покровский храм,
и люто сгинет праведник в пустыне4.

Это пересечение добавляет штрих трагическому портрету Фадеева (на месте, где он родился — вырос храм; храм, где он был крещён — взорван), а одновременно — и эпохе.

Старый хирург в судьбе Бахтина

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин
Хирург Владимир Павлович Арсеньев (1887–1979)

В Кимры М.М. Бахтин попал случайно — прогрессировал множественный остеомиелит («благодаря» болезни, а также заступничеству Горького соловецкая ссылка была заменена относительно благополучным Кустанаем), нужно было срочно где-то селиться и — увы — готовиться к худшему, а Москва для «политически неблагонадёжного» мыслителя был закрыта. Осенью 1937 года — едва не пересёкшись с Мандельштамами — чета Бахтиных остановилась в Кимрах (до середины 1945 года).

13 февраля 1938 года Бахтину ампутировали ногу5. Операцию провёл пожилой, но великолепный, по словам мыслителя, хирург. Речь шла и об ампутации второй ноги. На вопрос В.Д. Дувакина в ходе знаменитого 18-часового интервью: «Вам предложили, чтобы спасти вторую, да?», Бахтин ответил: «Да. Нужно сказать, там хирург был великолепный, великолепный был хирург, пожилой такой…»6

Но мало кто знает, кем был этот пожилой хирург. В подшивках кимрских газет за 30-е годы сказано: самые важные операции доверялись хирургу В.П. Арсеньеву. Нет никаких сведений, чтобы предположить: ампутацию Бахтину проводил кто-то другой.

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и БахтинВ.П. Арсеньев родился 7 января 1887 года в Плоцке (тогда — административный центр Плоцкой губернии Российской Империи, сейчас — город в Польше) в семье юриста. Окончил Военно-медицинскую академию в Петербурге. Участвовал в обеих Мировых войнах. В начале 1920-х годов начал карьеру хирурга. Долгие годы заведовал хирургическим отделением Кимрской ЦРБ. За это время провёл тысячи успешных операций, награждён орденами и царской России, и СССР. Заслуженный врач РСФСР.

Думаю, вы уловили параллель. Хирург Арсеньев был представителем кимрской ветви дворян Арсеньевых, был дальним родственником Лермонтова, мать которого Мария Михайловна до замужества носила родовую фамилию7.

Письмо Фадеева кимрякам и неофициальные визиты писателя в город

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин Во время первого «официального» визита в Кимры в июне 1941 года А.А. Фадеев, в ответ на вопрос, посетит ли он Кимры снова, обмолвился: «— Что приеду — это обязательно, а когда…»8

И действительно, спустя несколько лет прислал в редакцию районки такое приветствие:

Мой первомайский привет дорогим землякам — рабочим, служащим и интеллигенции города Кимры.
Ещё не в столь давние времена, в 1901 году, когда я родился, город Кимры представлял из себя большое село, которое славилось на всю Россию своими замечательными мастерами кустарного производства обуви.
Слава этих знаменитых и в то же время незаметных людей не померкла и до сих пор. Но с той поры село Кимры выросло в промышленный и культурный город с фабриками и заводами, школами и техникумами.
В осуществлении четвёртой сталинской пятилетки городу Кимры суждено сыграть немалую роль, особенно в деле удовлетворения потребностей нашего народа в повышении материального благосостояния народа.
Желаю вам успеха, дорогие товарищи.
А. Фадеев9

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин
Портрет и деревянный бюст Александра Фадеева в Кимрской детской библиотеке

В 1947-м Фадеев приехал Кимры. Его визит был до такой степени неофициальным, что кимряки узнали о приезде земляка спустя годы, прочитав воспоминания очевидцев. П.П. Дудочкин, фиксирующий в «Дневниках писателя» всевозможные события, связанные с литературой тверского края, записал: «…приезжал вместе с писателем Фёдором Ивановичем Панфёровым, чтобы отдохнуть денёк-другой на охоте в приволжских перелесках. Останавливались не в гостинице, а у старейшего работника юстиции Василия Семёновича Шеврыгина <…> с которым автора «Брусков» связывала давнишняя дружба»10.

О другом неофициальном визите Фадеева в Кимры рассказал местный старожил Н. Бельведерский, которому, в свою очередь, большую часть истории поведал коллега А. Барабанов. События эти относятся к 1951 году, когда Бельведерский с Барабановым возвращались после дневной смены на фабрике «Стахановец».

«На углу улиц Шевченко и Некрасова они остановились возле закусочной, в простонародье называемой пивной. <…> В то время как Барабанов убеждал приятеля посетить торговую точку, где можно было не только опрокинуть в рот стаканчик вина, но и перекусить, возле них остановилась легковая машина марки “Победа”. Из неё вышел незнакомый седовласый мужчина и направился в закусочную. Барабанов на этот раз не смог убедить приятеля посетить закусочную, и они разошлись.

В пивной Барабанов волею случая оказался за одним столиком с незнакомцем, который угостил его бокалом вина и кружкой пива. Незнакомец был доброжелателен и разговорчив. Заметив, что его собеседник-кимряк слегка захмелел, попросил шофёра подвезти того до дома. Сидя в кабине “Победы” Барабанов всю дорогу допытывался у водителя, кто же этот незнакомец. Шофёр только отмалчивался. Но когда приехали к указанному месту, коротко обронил: “Это писатель Фадеев, ваш земляк”. Барабанов только ахнул и поспешил вслед за уходящей машиной в надежде застать своего недавнего собеседника, но не успел»11.

Других свидетельств о визитах Фадеева в Кимры на сегодняшний день нет.

«Она очень тихая была…» (о Белле Ахмадулиной)

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин
Галина Колосова

Собирая воспоминания санитарок, полюбившихся Б.А. Ахмадулиной во время её «Глубокого обморока», я встретился с Г.А. Колосовой, которую Таня Быкова — главная героиня «Помышления о Кимрах»12 — называла «больничным фотолетописцем». Галина Алексеевна показала и передала в мой архив ряд фотографий, на которых запечатлена её известная пациентка. Но важнее оказалась её история о последних днях поэтессы13.

«Она очень тихая была, — вспоминает Г.А. Колосова. — Всё тихо принимала, стоически. Другая ноет… Сколько таких лежит больных! А она нет — всегда по-доброму. Она и болела благородно. Человек… я не знаю… очень доброй души».

На глазах у Галины Алексеевны слёзы, на столе — книжка стихов Ахмадулиной: «После того как она ушла, я всё время перечитываю её стихи, и на душе становится легче…»

Я спрашиваю о последней встрече.

Галина Алексеевна на минуту задумывается, чуть слышно произносит: «Она тогда слабенькая была. Я зашла в палату. Она чуть слышно: “Ой, Галя, здравствуйте. Я плохо себя чувствую. Переводят меня”. Вот, пожалилась…

Кимры: Ахмадулина, Фадеев и Бахтин
Белла Ахмадулина и Борис Мессерер. Москва, Боткинская больница, 2005 г. Фото Галины Колосовой

И Борис (Борис Мессерер — муж Беллы Ахмадулиной. — В.К.) там был. Быстро они собирались, он суетился. А я ей пожелание зашла сказать, чтобы всё добро было — мол, не волнуйтесь, поправитесь… А когда ушла в отпуск, узнала, что её больше нет…»

В конце встречи Галина Алексеевна вспоминает ещё один эпизод: «Возили мы её с Людой головушку смотреть, было прохладно. Белла Ахатовна никогда ничего не просила. Я предлагала укрыться, но она: не-не-не… И дорога неровная, везёшь на сидячей колясочке, неудобно… Она: “Ничего, ничего”. Ей всё хорошо было…»

Ссылка: https://voplit.ru/article/na-puti-k-kimrskomu-tekstu-teoriya-i-praktika/


  1. Фрагмент статьи «На пути к “кимрскому тексту”: теория и практика».↩︎
  2. Например, в одном из писем (конец 1998 г.), адресованных отцу автора, В.И. Коркунову: «Будете в храме — поставьте за меня малую свечку образу Иверской Божией Матери, спасённому чьим-то подвигом». Отметим, что икона Иверской Божией Матери считается хранительницей Кимр и была доставлена в город со Святой горы Афон. Просьбу поставить свечку святому образу многократно повторяли санитарки, работавшие в то время в Боткинской больнице и доверительно общавшиеся с Б. А.↩︎
  3. Переписано автором статьи.↩︎
  4. Ахмадулина Б. Озябший гиацинт. — М.: Астрель: Олимп, 2009. — С. 165.↩︎
  5. Clark K., Holquist M. Mikhail Bahtin. — London; Cambridge: Belknap Press, 1984. — P. 261. Там же сообщается, что операция Бахтину была сделана 13 февраля 1938 года, а в больнице он пробыл до 14 апреля 1938 года. Другая дата проведённой операции — 17 февраля — приведена в «Хронографе…» В.И. Лаптуна — С. 527. (Михаил Бахтин: «Pro et contra». Личность и творчество М.М. Бахтина в оценке русской и мировой гуманитарной мысли. Антология. Том I. Серия: «Русский путь». Сост. К.Г. Исупов. — СПб. Издательство Русского Христианского гуманитарного института, 2001).↩︎
  6. Дувакин В.Д. Разговоры с Бахтиным. // Человек. 1994. — № 5. — С. 126.↩︎
  7. О роде Арсеньевых можно подробнее узнать из книг: Арсеньев В.С. Род дворян Арсеньевых. 1389-1901. — Тула, 1903; о В.П. Арсеньеве: Коркунов В.И. Имена в истории кимрского края. — Тверь: Марина, 2009.↩︎
  8. Дудочкин П. Сила чувства (из дневника писателя) // Смена (Калинин). — 1981. — № 153 (3829). — 22 дек.↩︎
  9. Письмо неоднократно переопубликовывалось в местной печати; многие последующие версии, после первой публикации — 1 мая 1946 года (газета «Коллективная жизнь»), шли с незначительными изменениями. Данная версия аналогична первой публикации. На общероссийском уровне публикуется впервые.↩︎
  10. Дудочкин П. Сила чувства…↩︎
  11. Кудленков В.И. Дважды в нашем городе // Народный депутат. — 1991. — 28 дек. — С. 4. [Текст отца автора статьи; обработано нами.]↩︎
  12. Подробнее о ней см.: Коркунов В. «Столица сердца» Беллы Ахмадулиной…↩︎
  13. Запись беседы находится в моём домашнем архиве.↩︎
Share on facebook
Share on twitter
Share on pinterest
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram

Еще записи по теме