Елена Зиновьева. О монографии «Кимры в тексте»
Елена Зиновьева. О монографии «Кимры в тексте»

Елена Зиновьева. О монографии «Кимры в тексте»

«Нева», № 4, 2015

Елена Зиновьева. О монографии «Кимры в тексте»

Кимры в тексте
М.: Академика, 2014 (переизд. 2015)

Кимры, небольшой (с населением менее 50 тысяч человек) приволжский городок в Тверской области, особость которого нашла свое отражение в художественных и публицистических текстах с дореволюционных времен до наших дней. Образ Кимр, художественно осмысленный десятками писателей, и стал предметом исследования уроженца города, поэта, прозаика Владимира Коркунова. В. Коркунов прослеживает, как бытие города с его особенностями отображалось авторами сторонними, «извне», и местными, «изнутри». Он анализирует материалы дореволюционные, советские, постсоветские — проза, публицистика, стихи, краеведческие работы, дневниковые записи военных лет, публикации в местной прессе, изданные в Кимрах литературные сборники. Текстов, в которых фигурируют Кимры и их жители, немало, среди авторов, так или иначе обратившихся к образу уникального города и его жителям — А. Островский, М. Салтыков-Щедрин, В. Гиляровский, А. Толстой, М. Пришвин, И. Эренбург, Ф. Панферов, Ю. Трифонов, В. Шаров, А. Солженицын, Ю. Поляков. В этом исследовании история, краеведение и литературоведение взаимосвязаны, — только так можно получить целостное представление о месте города в истории большой страны. А четкое выделение знаковых черт, являвшихся на протяжении веков лицом города, помогает осознать особость Кимр в ряду больших и малых российских городов. Кимры, впервые упомянутые как дворцовое село в 1546 году в грамоте Ивана Грозного, только в июне 1917 года получили статус города. Несмотря на интенсивный рост и размеры, Кимры продолжали оставаться селом, так как жители и купцы Кимр не желали платить налоги, установленные для городов, для сёл сумма отдельных налогов была гораздо меньше. Ключевой характеристикой Кимр на протяжении всей истории города, нашедшей отражение в краеведении, в истории, в текстах, являлся сапожный промысел, зародившийся в Кимрах в 1660-е годы. В начале XVIII века оброчные крестьяне села поставляли для нужд русской армии обувь, кожаные мундиры и седла, большие заказы на обувь для армии кимрские сапожники выполняли и во время войн с Наполеоном. К концу XIX века село окончательно сформировалось как экономический центр обувной промышленности. В 80-е годы ХХ века, во время войны в Афганистане, именно кимряки поставляли для советской армии кроссовки, «превосходившие самые прочные “адидасы”, неизбежно разваливающиеся после первой же сотни километров по каменистой или горной тропе. У десантников они получили ласковое «кимры». Обувная столица России имела и другой знаковый символ — знаменитые ярмарки, одни из самых крупных в губернии, привлекавшие купцов, скупщиков и представителей торговых домов из разных городов и сёл. Ключевой особенностью Кимр, указывает автор исследования, были и печально знаменитые пожары, неизбежные в городе с деревянными застройками. Другим ярким символом Кимр, появившимся уже в 30-е годы ХХ века, стал Савёловский станкостроительный завод. На основе анализа развития в текстах ключевых для города и района тем в контексте общих для страны потрясений — революций, войн, экономических катаклизмов — В. Коркунов размышляет об изменяющемся самосознании, духовных метаморфозах своих земляков. В годы перестройки Кимры пережили упадок, резко сократилось промышленное производство, ушла в прошлое обувная слава. Но появился новый образ Кимр, города уникального «деревянного модерна», очень нуждающегося в бережном отношении. Вторая часть исследования посвящена писателям, чьи биографии, творчество наиболее тесно связаны с Кимрами. Среди героев очерков Белла Ахмадулина, которая ни разу не была в Кимрах, однако тесно общалась с сиделками-кимрячками в Боткинской больнице Москвы, изучала краеведческую литературу, в поисках исконной России обращаясь к русской провинции. Ее творческое осмысление истории Кимр, истории ее сгинувших церквей отражено в «Помышлении о Кимрах», части поэтического цикла «Глубокий обморок». Другим героем очерков стал Осип Мандельштам, поселившийся с женой летом 1937 года в маленьком поселке на высоком берегу Волги, напротив Кимр, в Савёлово, уже входившем в черту Кимр, чтобы передохнуть и оглядеться после высылки. Там им был создан «Савёловский цикл», из которого дошли до нас только три стихотворения, предполагается, что их было не менее десятка. С октября 1937 года по август 1945-го в Кимрах жил и работал Михаил Бахтин, которому после возвращения из кустанайской ссылки было отказано в проживании в Москве, в военные годы он работал школьным учителем, писал книгу о Франсуа Рабле. Кимры были «малой родиной» Александра Фадеева, не оставившей следов в его творчестве, однако Кимры писатель посещал неоднократно, и земляки чтят его память. Большое будущее сулили уроженцу Кимр, одаренному, талантливому поэту Сергею Петрову, но в декабре 1941 года в возрасте двадцати семи лет он погиб в немецком концлагере. А вот кимряк Макар Рыбаков (1891–1970) прожил длинную жизнь, и прожил ее в Кимрском крае. В своих бытописательских, автобиографических романах, выходивших миллионными тиражами, он запечатлел довоенную, дореволюционную жизнь города, русской провинции, главными героями его книг были сапожники-кустари. В заключительную часть исследования вошли отдельные очерки по истории Кимр. Книга Владимира Коркунова, результат двенадцатилетней исследовательской работы автора, проникнутая любовью к родному месту, дает возможность почувствовать, понять индивидуальную неповторимость Кимр, провинциального русского города, одного из тех, что и составляют Россию.

Ссылка на текст: https://magazines.gorky.media/neva/2015/4/publikacziya-eleny-zinovevoj-46.html

Share on facebook
Share on twitter
Share on pinterest
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram

Еще записи по теме